Быть евреем, но с детства говорить по-русски; быть талантливым, но не находить применения своему дарованию; разбираться в политике — и видеть ошибочные решения руководителей, на которых невозможно повлиять… Казалось бы, всё это — поводы для стресса. Но проницательный авторский взгляд способен даже в таких стрессовых ситуациях уловить философскую глубину и извлечь из неё подлинную житейскую мудрость. Следуйте за автором по историческим путям и детективным перипетиям сюжета.

Макс Рашковский. Израиль в душе русскоязычного еврея. Электронная книга

20.00 ₪Цена
  • Макс Рашковский родился в Одессе 26 июня 1935 года. Окончив школу, поступил в Уральский политехнический институт в гор. Свердловске. В 1958 году молодого выпускника вуза, инженера-механика Рашковского по распределению направили на оборонное предприятие. Он проработал там 34 года, вырос от молодого инженера до руководителя профильного отдела, стал кандидатом технических наук. В 1992 году вернулся в Одессу, а в 2000-м репатриировался в Израиль. Отец двух сыновей и дед двоих внучек.

  • "...Бытовой антисемитизм — отвратительное явление, но особенно страшно, когда оно ранит детскую душу.В память врезались мне ощущения в шестилетнем возрасте. Была война. Завывала сирена воздушной тревоги. Мама хватала меня на руки, быстро одевала и спешно несла во двор. Бомбоубежища не было, люди толпились в парадном подъезде. Через решётку над входной дверью наблюдались яркие вспышки в ночном небе, и кто-то рядом сказал: это стреляют зенитки по вражеским самолётам. Затем память рисует картину у морского причала. Широкий качающийся дощатый трап перекинут с берега на борт небольшого судна, по нему разношёрстной непрерывной толпой бредут усталые люди. Хорошо помню женщину, которая из последних сил тащила огромный чемодан, потом, видимо отчаявшись, тут же на трапе раскрыла его, взяла несколько вещей самых необходимых, и толчком ноги сбросила чемодан в воду. Мы долго плыли на этом кораблике и, наконец, переселились в теплушки товарного поезда. Ехали целую вечность, и в поезде я, кажется, тяжело болел. Из этого путешествия в памяти сохранилось только постоянное ощущение голода..."