Время открытий


Рассказывая о циклической Вселенной Роджера Пенроуза и Вагана Григоровича Гурзадяна, я вспомнил о временах, когда был знаком с отцом профессора Гурзадяна, тогдашним членом-корреспондентом АН Арм. ССР Григором Арамовичем. Знакомство было недолгим, но на мою жизнь, особенно научную, повлияло необратимо. Вторая половина шестидесятых годов ХХ века была для астрофизиков временем открытий. В те годы чуть ли не каждая статья имела принципиальное значение – авторы предлагали новые объяснения только что обнаруженным явлениям. Астрофизики спорили о том, как произошли звезды – из межзвездного ли газа, или наоборот, из невидимой сверхплотной материи? «Классические» астрофизики придерживались мнения о том, что звезды образуются, когда сжимается под действием собственного тяготения межзвездный газ. Но была еще «бюраканская» школа, возглавляемая академком Виктором Амазасповичем Амбарцумяном. «Бюраканцы» утверждали: нейтронные звезды – не конечная стадия эволюции обычных звезд, а наоборот – начальная. Из сверхплотного вещества (D-тела) в процессе взрыва Сверхновой образуется обычная звезда, а в конце жизненного пути вещество ее рассеивается в пространстве – так возникают облака межзвездного газа. В 1967 году я окончил физический факультет Азербайджанского Государственного университета. Моя дипломная работа была посвящена возможностям обнаружения нейтронных звезд. В одной из глав говорилось о том, что излучение нейтронной звезды должно быть переменным, причем период переменности должен быть равен периоду вращения нейтронной звезды вокруг оси. Излучать звезда должна в рентгеновском диапазоне. Понятия «рентгеновский пульсар» в то время не существовало, но три года спустя рентгеновские пульсары были открыты во время наблюдений с борта американского спутника UHURU. Весной 1972 года я закончил работу над кандидатской диссертацией. Работу отправили в Ереванский университет. Кафедрой теоретической физики заведовал в то время академик Гурген Серобович Саакян – личность в своем роде легендарная, именно в соавторстве с ним Амбарцумян написал практически все свои исследования природы сверхплотных звезд. – Я бы хотел, - сказал Саакян, - чтобы вашим основным оппонентом стал Григор Арамович Гурзадян. Член-корреспондент АН Арм. ССР Григор Арамович Гурзадян был известен среди астрофизиков не меньше Амбарцумяна и Саакяна. Сам же Григор Арамович много лет занимался физикой планетарных туманностей и сделал в этой области, пожалуй, больше, чем любой другой ученый. Григор Арамович принял меня в своем кабинете – чай, разговор о погоде, об общих знакомых-астрофизиках, я успокоился и решил, что академик просто хотел поглядеть на будущего подзащитного. Наконец, через полчаса неспешной беседы Григор Арамович сказал: - А вот что делать с вашей диссертацией, я решительно не знаю. В ней все неправильно! Начнем с Введения. Что вы пишете? «Нейтронные звезды – конечная стадия звездной эволюции». Вы прекрасно знаете, что это не так. Согласно теории Виктора Амазасповича, звезды образуются из Д-тел. Я понял, что дискуссии не будет. - Давайте так, - заключил Гурзадян. – Думаю, вам, молодой человек, нет смысла заниматься наукой. Давайте договоримся: я напишу, что проделана большая работа, а вы мне обещаете, что после защиты оставите научную деятельность. Идите работать в школу! - Согласен, - пробормотал я. Наверно, Григор Арамович думал, что перед ним – человек слова, и если пообещал, то, конечно, не забудет выполнить обещанное. С Гурзадяном мы больше не виделись. Текст своего отзыва он не представил вплоть до дня защиты. Он приехал в университет к самому началу заседания Ученого Совета и уехал сразу после его окончания. Проходила защита в большой аудитории мест на триста. Зал был оборудован микрофоном и динамиками, иначе даже в первых рядах не было бы слышно оратора. Настала моя очередь. После доклада слово предоставили главному оппоненту – Григору Арамовичу Гурзадяну. - Диссертант, - начал он, и динамики разнесли слова до последних рядов, - проделал большую работу, и это безусловный плюс… - Однако, - продолжал Гурзадян, и в этот момент динамики отключились. Он продолжал говорить в микрофон, но даже члены Ученого Совета, сидевшие в первом ряду, вряд ли слышали хоть слово. Минут десять оппонент перечислял все глупости, собранные в диссертации, а потом перешел к заключительной фразе: - Несмотря на эти многочисленные и неустранимые недостатки, - сказал он, и в этот момент динамики опять заработали. Последние слова прозвучали очень громко, - диссертант достоин присуждения ему степени кандидата физико-математических наук. На следующий день я спросил у Седракяна, занимавшегося технической стороной защиты, что произошло с усилителями. Случайное совпадение или… - Наверно, совпадение, - уклонился Седракян от прямого ответа. О теории Д-тел Амбарцумяна, кстати, давно забыли. Звезды, конечно, образуются из межзвездного газа, а не из Д-тел, которых не существует в природе. Все-таки иногда и большинство в науке бывает право…