Небо в рентгеновских лучах


В то удивительное время, когда открытия в рентгеновской астрофизике сыпались, как из рога изобилия, мы с моим научным руководителем Октаем Хангусейновичем Гусейновым тоже пытались по мере возможности понять, что представляют собой яркие переменные рентгеновские источники. Представлялось очевидным, что это релятивистские объекты. Идея Шкловского об аккрецирующей нейтронной звезде в двойной системе объясняла многие особенности наблюдаемых объектов. Но известной к тому времени особенностью нейтронных звезд (пульсаров) было и огромное магнитное поле. Между тем, ни в одной из гипотез, объяснявших рентгеновское излучение, магнитное поле звезды во внимание не принималось. Мы попробовали тогда рассчитать, как будет падать на звезду вещество, если плазма захватывается сильнейшим магнитным полем нейтронной звезды и вынуждена двигаться вдоль магнитных силовых линий. Получалось, что излучение такого рентгеновского источника должно быть переменным с периодом вращения нейтронной звезды вокруг оси. Иными словами, такая нейтронная звезда должна была выглядеть как рентгеновский пульсар. Если бы на нашу статью обратили внимание, то первый рентгеновский пульсар мог быть открыт в 1968 году. Но статья, опубликованная в никем не читаемых «Докладах АН Азерб. ССР», прошла незамеченной, и первый рентгеновский пульсар Сеn Х-3 был обнаружен три года спустя, после того, как на орбиту вышел спутник «Ухуру». Семидесятые годы для рентгеновской астрофизики стали временем новых удивительных открытий. Первоначальная убежденность исследователей в том, что галактические рентгеновские источники – непременно релятивистские объекты, исчезала по мере того, как увеличивалась чувствительность аппаратуры на спутниках, и появилась возможность наблюдать источники, в миллионы раз более слабые, чем Ско Х-1. В 1974 году англичане запустили UK-5 («Ариэль-5»), американцы – НЕАО-А, а следом НЕАО-В («Эйнштейн»), в СССР наблюдали в более жестком диапазоне выше 20 кэВ (советско-французский прибор СНЕГ-3). В результате обнаружено было излучение таких систем, как RS Гончих Псов – это тоже двойные звезды, но в таких системах вовсе нет компактных объектов, зато обычные компоненты обладают повышенной активностью хромосфер, в результате чего и возникает рентгеновское излучение. Мы в нашей лаборатории занимались тогда изучением распределения рентгеновских источников на небе. В те годы количество известных источников, излучавших в «классическом» рентгеновском диапазоне 1–10 кэВ, достигло нескольких сотен. Наблюдения вели разные спутники, данные были не согласованы, понять физику, не разобравшись в этом хаосе сведений, было невозможно, и мы тогда решили составить самый полный каталог рентгеновских источников. Собрали все сведения, какие могли отыскать, для каждого источника завели отдельную карточку (о компьютерах в те годы и не мечтали), проделали, как говорится, большую работу, и возник естественный вопрос: что со всем этим делать? Больше пятисот объектов, множество данных о каждом, плюс большая статья, где проведен первичный анализ… Шел 1977 год. Летом в Протвино состоялась и первая (как оказалось, и последняя) советско-американская конференция по рентгеновской астрофизике. Приехала большая делегация из США по главе с руководителем американской космической рентгеновской программы Джорджем Кларком. Отправились в Протвино и мы с Октаем Гусейновым, взяв с собой большую коробку с картотекой 506 источников. В один из дней мы подошли к Джорджу Кларку и рассказали о своей работе. Он попросил показать картотеку, долго перекладывал карточки и сказал: «Это нужно немедленно публиковать». «Где? — спросили мы. — Это большой материал». «В Astrophysical Journal, конечно», — ответил Кларк. Это был (да и сейчас остался) самый авторитетный в мире журнал по астрофизике. Но за публикацию одной страницы в журнале нужно было заплатить 60 долларов. «Думаю, - сказал Кларк, - в редакции сделают исключение и примут материал без оплаты». Статья заняла под сотню страниц на машинке, плюс таблицы, графики, гистограммы… Месяца через три получили письмо, сообщавшее, что статья принята. К письму прилагалась бумага о необходимости внести оплату в размере шести тысяч долларов. Естественно, даже сотой доли такой суммы мы найти не могли. Однако я всё же написал Кларку письмо с объяснением, почему статья выйти не сможет. Не прошло и месяца, как пришло письмо от Кларка. В письме сообщалось, что проблему уладили, за публикацию заплатил Колумбийский университет. В 1979 году каталог был опубликован, и его данными пользовались при подготовке новых рентгеновских наблюдений. Ссылок на каталог было много, время от времени я и сейчас нахожу такие ссылки. С тех пор прошло больше сорока лет. Число известных рентгеновских источников уже исчисляется миллионами. В 2019 году была запущена российско-германская орбитальная обсерватория «Спектр-рентген-гамма», Наблюдения ведутся в широком рентгеновском диапазоне. Уже дважды проведен полный обзор неба, и на карты нанесены положения миллионов источников.